Всё о природе

Гости Загреба имеют все шансы приехать в духовное кафе Jedro при церкви Sveta Mati Slobode. Здесь за напитки рассчитываются не кунами либо евро, а мольбами

Так, за самый дорогой напиток, «Кока-Колу», гости выплачивают пятью мольбами «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу» и «Радуйся, Мария!», а кофе с молоком получится в 3 «Отче наш».

В нынешнее время кафе открыто для всех жаждущих по воскресеньям в последствии мессы с 13:00 до 14:00. В проектах прихода - продлить время работы заведения, потому что количество его гостей неприклонно подрастает.

Сначала колодец, после этого поле - так монастырь отбирает имущество у селян  Информационная служба Псковской епархии неприветливо отвечает кричащим звуком факса. Прежде нежели включить тот же звук по телефонному аппарату Святогорского монастыря, автоответчик информирует: «сегодня мы не имеем возможности вам дать ответ». ДАЛЬШЕ :

Деревни Жуки (ее еще именуют Сорокино) пребывает в 2-ух км. от Святогорского монастыря (того, где могила Пушкина), неподалеку от Михайловского заповедника. Вот данные «псковские обеспечили» из негромкого, идиллически великолепного места преобразились в место нешуточного ссоры.

Деревенька абсолютно небольшая, немного жилищ остальных районных обитателей, да дачники, которые прибывают сюда на лето из Петербурга. Вера Игнатьева и ее супруг Саша – крестьяне, состоятельные в окружении. У их великое по районным меркам хозяйство: немного гектаров территории, 2 трактора, скотины, овцы, куры, сад, добротный, справный дом. Воду берут из колодца. Но с не так давно произошедших пор вот данный колодец-то и стал источником сердитого напряжения.

Он находится в низине, вблизи с родником, который давно прославился на всю округу. Вода в роднике дивно аппетитная, прохладная, чистейшая. Лет 10 назад районные обитатели скинулись и неподалеку от колодца, на пригорке, возвели маленькую древесную часовню. Что-то хотелось им устроить для Бога, сотворившего это волшебство.

Но не так давно около колодца стартовала некая странноватая сутолока. Рассказывает Вера Игнатьева:

- Из Святогорского монастыря стали приезжать священники, прогуливались около колодца, что-нибудь высматривали, после этого районные госслужащие были замечены с некими бумагами. Мы стали задавать вопросы, что они отыскивают? А они разговаривают, что намериваются колодец с родником огородить, освятить, перевозить сюда паломников, воду разливать в бутыли и реализовывать. Как ведь так, заявляем? Это ж наш колодец, всю жизнь к нему ходим, триста лет, как деревеньку здесь выстроили, вблизи с родником-то! А мы где станем воду брать?

А вы себе новейший колодец выроете, заявляют священники с госслужащими.

«СП»: - Но земля-то принадлежит деревне?

- То-то и оно. Земля наша, по всем документам. Начались у нас собрания, сходы… Чиновники из администрации Пушкинских Гор прячут глаза, а священники говорят: вода здесь святая, чудотворная, и часовня здесь стоит, означает, и территория святая, и колодец также святой. Мы заявляем: практически никакой он не святой, вода сладкая – да, хотя практически никаких удивительных вещей сроду не посещало.

- Что ни неделька – кое-кто из их прибывает, крестьянских собирает, баламутит, упрашивает территорию дать. Да мы теснее и дали.

«СП»: - Как дали? Когда?

- 15 июня сход принял решение дать им территорию под часовней, разов они заявляют, что территория им так необходима. Ну, чтоб им в воздухе не висеть, как они разговаривают. Мы утомились от данных собраний и раздоров, нам так как наиболее болтать-то некогда, вот и в данный момент я с вами длительное время разговаривать не имею возможности – в поле работы немало.

«СП»: - Вера, вы хоть разумеете, что часовня абсолютно имеет возможность присутствовать и на вашей, крестьянской земле? Вы им ничего не могут.

- Вы понимаете, мы данным священникам в личико произнесли про рейдерский захват. И здесь игумен Святогорского монастыря Макарий и священник церкви Казанской Божьей Матери Михаил произнесли, что мы против Бога, и Бог нас накажет, что мы попадем в ад. А я им заявляю: еще незнакомо, кого Бог сильнее-то накажет. Мы не против Бога, мы не желаем, чтоб у нас отбирали колодец. А церковь обязана не клясть, а молиться и прощать, но не о реализации воды беспокоиться. Люди в деревне перессорились, старушки хнычут, опасаются геенны пламенной. Ну, вот и дали территорию. Так они сейчас грозятся поле отнять.

«СП»: - Какое поле?

- То, где мы скотин пасем. Макарий но и разговаривает: ваших скотин с поля уберем, поле наше станет.

«СП»: - А знаменито ли поле?

- 80 соток территории.

«СП»: - Ничего себе! И вы согласны им все дать?

- Мы не согласны, хотя как нам быть? Я данных монастырских как говорится опасаюсь. Там люди есть эти ужасные! Ведь после этого мы о колодце забеспокоились? Увидели, как монахи нагие в нашем роднике купаются. Они там в 2 метрах от колодца купальню себе сделали. И вот глядим: обнаженные монахи плещутся. Тут и кошмар нас охватил. А позже они отправь к нашему старосте чай употреблять.

«СП»: - Послушайте, Вера, быть может, было надо у их как-то выяснить, что они задумывают там по сути?

- Так попы ничего смыслом не вспоминают. Мы у их задавали вопросы: на какое дело? Может, мы и так отдадим. А они ни о чем не говорят, помимо всего этого, что надобно дать и все. Проговорились про купель, да про паломников. А когда мы не согласны, так стращают ужасным трибуналом.

Они нам заявляют: вам станет открытый доступ к колодцу. Но мы данному не веруем. Возят они на данную купальню паломников из монастыря, там молятся, фотографируются, а позже заявляют, что крестьянские с ими молятся. А никто из наших с ими ни разу не молился.

Рассудить спор фермеров и клерикалов дал согласие протоиерей Российской Православной автономной Церкви (РПАЦ) Алексий Лебедев, настоятель прихода преподобномученицы Марии Гатчинской в С-Петербурге.

- Почему часовня-то обязана быть под приходом? Ну, это абсурд, - опешил о.Алексий. - Ее поставила деревня на собственные средства – и все, пускай стоит, она крестьянская. Раньше в любой деревне стояли эти часовни.

«СП»: - Вот меня также данное смутило. Но церковники разговаривают про то, что часовня обязана непременно кое-кому принадлежать. Какому-то ведомству?

- Похоже, что районные священники хотят навязать жильцам деревни ту картину мира, которую они лично себе предполагают правосудной: что им все и вся что-нибудь обязаны. В Успенском Святогорском монастыре в Пушкинских горках, клирики которого бытуют в случае с колодцем, я был напоследок в 2005 году. Меня в тех случаях еще удивило, что в храме, вблизи с коим Пушкин похоронен, в приделе с освященным алтарем - букинистическая лавка, а Царские врата и иконостас вынужден стеллажами с книжками на реализацию. И они там осуществляли торговлю! Меня данное досадно покоробило.

«СП»: - Но так как церковная лавка в любой церкви есть…

- Но не около алтаря с иконостасом, где совершается бескровная жертва! Это кощунственно! Торговцы в храме – припоминайте, что устроил с ими Христос? А то, что на данный момент они делают в деревне Жуки, данное антирелигиозная пропаганда в нелучшем облике. Они отобьют каждый энтузиазм к религии более, нежели коммунисты когда-то. Я считаю, что они просто осознанно используют административным ресурсом и юридической неграмотностью народонаселения и работают дерзко, как госструктуры. Открыто и цинично людям проявляют, что души прихожан священников не интересуют, а лишь их имущество.

«СП»: - Землю под часовней, как мне получилось узнать, теснее отняли. Недавно сельский сход принял решение дать им данную территорию, «чтоб они не висели в воздухе».

- И данные священнослужители еще именуют сельчан нехорошими христианами!

«СП»: - А как в ветхое, дореволюционное время делались монастырские владения?

- Обычно - жертвователями. При данном еще в 15 веке Русская Церковь солидно оговаривала вопросец про то, обладать ли монастырям территориями. Речь следует о знакомом споре нестяжателей и иосифлян. Св.Нил Сорский, духовный руководитель нестяжателей, считал, что жить монастыри обязаны от личных трудов, а не обладать территориями. А св. игумен.Иосиф Волоцкий, по фамилии которого и возникли «иосифляне», хоть и был любителем монастырского землевладения , жил слишком аскетично, сам трудился и на поле, и в коровнике, от монастырских усадеб кормил разоренных неурожаем фермеров. Современные монастырские насельники готовы подтверждавшая деревней, только бы обрести собственность. Вот что самое грустное. Это просто слепок с того, что делается в столичной патриархии в масштабном масштабе. Причем, они лично видят неудачи собственной миссии: 20 лет золотили купола у тыс. храмов, а оказывается, что христианская статистика утверждает держава лидирует по алкоголизму, наркомании, коррупции, брехни и так далее

К раскаянию, объяснений от служащих епархии и монастыря обрести не получилось..

« Бакиев коллекционировал вымирающие виды животных Юмореска. Париж, Париж… (Из домашней жизни Пяткиных) »